Триада протопопова при депрессии

Триада протопопова при депрессии

Психопатические синдромы наблюдаются при различных психопатиях и проявляются в виде дисгармонии в волевой и эмоциональной сферах, различными вариантами патологии характера, социальной дезадаптацией. Варианты психопатического синдрома соответствуют клиническим формам психопатии. При психопатических синдромах расстройства не касаются мнестических функций. Однако высокий уровень интеллектуального развития может смягчать психопатические проявления, в таких случаях говорят об интеллектуальной коррекции психопатии.

Психопатоподобные синдромы возникают при различных психических расстройствах (шизофрения или церебральноорганическая патология). Эти синдромы имеют более сложную структуру, поскольку сочетаются с симптомами основного заболевания. Динамика психопатоподобных расстройств отражает динамику основного заболевания.

Аффективные синдромы

Депрессивный синдром проявляется триадой облигатных симптомов: ухудшение настроения, мыслительного процесса, двигательной заторможенностью.

Факультативные признаки депрессивного синдрома: гипостезия, сверхценные и бредовые идеи самообвинения и самоуничижения, реакции тревоги и страха, угнетение желаний и влечений, суицидальные тенденции. По этиологическому фактору различают следующие виды депрессий: эндогенные, психотические, невротические, сосудистые, соматогенные.

Эндогенная депрессия характерна для депрессивной фазы маниакально-депрессивного психоза (МДП). Характеризуется выраженным аффектом тоски, идеаторной заторможенностью, снижением двигательной активности, наличием сомато-вегетативных расстройств (триада Протопопова: мидриаз, запоры, тахикардия).

Ажитированная (тревожная) депрессия. В синдроме депрессии вместо двигательной заторможенности присутствует двигательное беспокойство (ажитация). В крайних случаях двигательного возбуждения говорят о меланхолическом раптусе (raptus melancholicus).

Бредовая депрессия проявляется наличием в структуре депрессии бреда самообвинения или самоуничижения.

Синдром Котара (мегаломанический бред) – сочетание тревожно-ажитированной депрессии с ипохондрически-депрессивным бредом отрицания и громадности. Больные утверждают, что они утратили все моральные, интеллектуальные и физические качества (нет чувств, совести, знаний, страданий, внутренних органов). Для нигилистического бреда характерны утверждения, что больного нет вообще, что он никогда не жил, что окружающий мир тоже погиб, планета Земля остыла и т. д.

Больные считают себя виновными в свершении всех мировых катаклизмов, отождествляют себя с отрицательными мифическими и историческими персонажами. Синдром характерен для больных шизофренией пожилого возраста.

Анестетическая депрессия. Аффект тоски редуцирован, характерно ощущение отсутствия каких-либо переживаний (anaesthesia psychica dolorosa). Нередко возникают явления меланхолической дереализации.

Депрессия с навязчивостями (ананкастическая депрессия). На первый план выступают разнообразные навязчивости, чаще нозофобии. Наблюдается в структуре реактивных состояний, неврозов, шизофрении.

Маскированная (соматизированная, ларвированная) депрессия.

На первый план выступают сомато-вегетативные расстройства, которые маскируют аффект тоски. Характерна для неврозов, психопатий, реактивных состояний.

Депрессия с дисфорическим оттенком («ворчливая» депрессия) – наличие в структуре депрессии раздражительности и недовольства, характерна для цереброорганической патологии.

Апатическая депрессия – на первый план выступают снижение побуждений, адинамия, безразличие, характерна для шизофрении.

«Улыбающаяся» (депрессия без депрессии) – нет выраженной двигательной заторможенности. На лице больных часто можно видеть ироническую или скорбную улыбку. При такой депрессии высок риск суицида. Часто наблюдается при диссимуляции депрессии.

Адинамическая депрессия – преобладает двигательная заторможенность.

Сенесто-ипохондрическая депрессия – в клинической картине преобладают сенестопатии, сенесто-ипохондрические переживания. Характерна для сосудистой патологии головного мозга.

Субдепрессия – типичные симптомы депрессии менее выражены.

Маниакальный синдром в своем классическом варианте включает триаду психопатологических симптомов: повышение настроения, ускорение ассоциативного процесса, речедвигательное возбуждение.

Повышенный аффект влияет на все стороны психической деятельности, отмечается необычная яркость восприятия окружающего, наблюдаются явления гипермнезии, склонность к переоценке своих возможностей и собственной личности, возможны бредовые идеи величия, усиление желаний, влечений, быстрая переключаемость внимания. Мимика, пантомимика и весь внешний вид больного выражают радость.

Эндогенная мания (классическая) – характерное проявление маниакальной фазы МДП.

Маниакальный синдром с гневливостью (гневливаямания).

В клинике маниакального синдрома преобладает дисфорический аффект. Всегда отмечается маниакальная гипербулия с активной «борьбой за справедливость» и переоценка социальной значимости своей личности (бреда реформаторства, величия нет). Характерен для органических поражений головного мозга.

Маниакальный синдром с бредом. Бред величия, богатства, эротический, изобретательства, реформаторства сопутствует аффекту радости. Часто наблюдается при шизофрении, органических повреждениях головного мозга.

Маниакальный синдром с гебефреническим возбуждением. Характерен оттенок дурашливости, часто отмечается у подростков и при шизофрении.

Гипоманиакальный синдром. Умеренно выражена эйфория, чувство радости бытия. Маниакальная гипербулия сопровождается продуктивной деятельностью, больные могут осознавать необычность своего состояния.

Экстатически-экзальтированная мания. Характерна эйфория с преобладанием торжественно-приподнятого настроения, умиления. Гипербулия и ассоциативные нарушения выражены нерезко или полностью отсутствуют. Часто отмечается переоценка своих интеллектуальных качеств, познания недостижимого обычным людям высшего смысла явлений и мироздания в целом. Характерно для опьянения, шизофрении, органических поражений головного мозга.

Маниакальный ступор и непродуктивная мания по своему происхождению являются переходными состояниями от депрессии к мании и наоборот. Традиционная для классической депрессии и мании психопатологическая триада здесь нарушается, аффективный синдром утрачивает часть своих свойств и приобретает признаки противоположного состояния. Синдром маниакального ступора характеризуется двигательной заторможенностью при повышенном настроении, у больных с непродуктивной манией отмечаются: повышенное настроение, двигательная расторможенность в сочетании с замедлением темпа мышления.

Вернуться к номеру

Памяти моих учителей психиатрии

Авторы: Л.A. Булахова, Украинский научно-исследовательский институт судебной и социальной психиатрии и наркологии

Версия для печати

Над предложением журнала написать воспоминание о своем учителе я глубоко задумалась. Кто мой учитель? Многие. У кого чему я больше училась?

Пришла к выводу, что замечательную, неповторимую школу я прошла в несравненной «третьей клинике», организованной и руководимой академиком В.П. Протопоповым, — школу как начального знакомства с психиатрией, так и сути, содержания и стиля научной работы. «Третья клиника», находящаяся на базе 3-го отделения Киевской психиатрической больницы им. акад. И.П. Павлова, представляла собою объединение двух коллективов: 1) отдела психиатрии и патологии высшей нервной деятельности в системе Академии наук УССР и 2) кафедры психиатрии Киевского института усовершенствования врачей, работавших, однако, как неразделимый общий коллектив. В клиническую ординатуру этой кафедры я поступила в 1953 году по счастливой случайности, еще не зная, что за предельной простотой отношений (все на «ты», по имени независимо от долж­ностей, званий, возрастных различий) царила высокая научно-трудовая атмосфера незаурядного коллектива врачей-ученых, преданных служению душевнобольным, поиску причин и механизмов болезней и путей помощи пациентам. У каждого ученого было чему поучиться. Навсегда запомнились глубокие клинические разборы с участием всех сотрудников. Они учили не поспешной диагностике и повторению высказываний авторитетов, а глубокому осмыслению и учету всех особенностей личности, окружения, условий жизни, наблюдений врача и персонала в динамике, лабораторных данных. Они воспитывали глубоко человеческое отношение и готовность бескорыстного служения больным (неоднократные случаи дарственных санаторных путевок больным от академика). Хочу вспомнить прежде всего о тех, кого могу назвать своими учителями.

Академик Виктор Павлович Протопопов (1980–1957), выдающийся советский психиатр и физиолог, лауреат ордена Ленина (дважды), ордена Трудового Красного Знамени и многих других правительственных наград, автор книги «Патофизиологические основы рациональной терапии шизофрении» (1946). Он был предельно прост в общении с сотрудниками, больными, всегда интересовался нашим мнением начинающих врачей, делился прошлым опытом. Как-то из воспоминаний молодости он рассказывал нам, как Бехтерев (как известно, Виктор Павлович был учеником великого психиатра и невролога в Петербурге) в 3 часа ночи поднимал аспирантов и вел на обход, чтобы увидеть, что делают больные и персонал в это время в психиатрическом отделении. В многогранных научных поисках неутомимого Бехтерева, в частности в физиологических исследованиях психики человека и животных — изучении т.н. сочетательных рефлексов (по Павлову — условных), молодой В.П. Протопопов выполнял роль связующего звена в терминологических неувязках двух великих ученых в период становления учения о физиологии высшей нервной деятельности. В дальнейшем разработка новых методических приемов и внедрение их в исследование высшей нервной деятельности у психически больных стали важным и большим разделом его собственных научных достижений.

Научные идеи, темы научных работ в «третьей клинике» диктовались не их «диссертабельностью» (сроки выполнения вызывали раздражение у Виктора Павловича, он говорил: «Наука, ограниченная сроком, не есть наука»), а общей направленностью на поиск полезной истины, раскрытие патофизиологических и биохимических основ психопатологического состояния и путей его устранения. К принятию статей для печати он подходил очень строго. Помню, как Виктор Павлович не санкционировал для печати первый случай обнаруженного у мальчика зрения кожей (читал, называл рисунки при приложении их к руке, колену), обнаруженного после перенесенного энцефалита, мотивируя это тем, что «мы не можем объяснить пока сущности этого явления». Никогда не приписывался (как и его ближайшие ученики) в соавторство, что стало модой в последующие годы, когда руководитель подчас не читал, а может, и не знал, о чем статья (но количество. ). Протопопов сделал все, чтобы приблизить психиатрию к медицине как науку о болезнях мозга, о болезнях человеческого организма, а не какой-то особой психологической проблеме. Основная направленность его научных достижений — это разработка новых физиологических методик исследования высшей нервной деятельности, в частности больной психики, патофизиологических основ шизофренических расстройств (гипноидный синдром), создание новой концепции маниакально-депрессивного психоза. Одной из главных особенностей научной работы у Протопопова, как и всего научного коллектива, была четкость и максимальная чистота клинического материала, исключающая случайные смешения за счет большой доли субъективности в оценке симптоматики, гипердиагностики шизофрении, часто для прикрытия недостатка знаний. По­этому первое задание Виктора Павловича мне — изучить морфологические особенности кожных капилляров при шизофрении и маниакально-депрессивном психозе — оказалось успешным и дополнилось прогностически важным звеном функциональных изменений.

Читайте также:  Средства от температуры при ожогах у взрослых

Многие идеи Протопопова — создание летних санаториев, сепараторной системы, повторные лечебно-исследовательские экспедиции на Эльбрус с психически больными в 50–60-е нелегкие годы — все это примеры поисков наиболее естественных путей лечения в связи с выявленными нарушениями обмена веществ, предполагаемыми причинами заболевания.

Профессор Иосиф Адамович Полищук (1907–1978) — один из наиболее талантливых учеников и соратников В.П. Протопопова, продолжателей патофизиологического направления в психиатрии. Будучи с 1954 г. и до конца жизни заведующим кафедрой психиатрии КИУВ, он оказал значительное влияние на развитие патофизиологического мышления психиатров Украины.

Среди широкого спектра научных интересов и соответствующих работ по пониманию биохимической сути, конституциональных и экзогенных факторов ведущее место занимали разработки биохимии эндогенных психических заболеваний. Им были установлены явления аминотоксикоза (ароматемии и ароматурии) в состояниях процессуальности шизофрении, предложены биохимические и эндокринно обусловленные понятия гипоэнергизма и гиперэнергизма, синдром витальной астении, показания для дезинтоксикационной терапии. Впервые из уст Иосифа Адамовича на Всесоюзном пленуме психиатров в 1976 г. в Черновцах прозвучали слова о необходимости и конкретные предложения по применению при шизофрении антиоксидантов, позже широко используемых в психиатрии.

Наиболее полно его научное видение этиопатогенетической сути представлено в его диссертациях «О токсическом факторе при шизофрении», «Значение особенностей организма и средовых факторов в патогенезе шизофрении и маниакально-депрессивного психоза» и монографии «Биохимические синдромы в психиатрии» (1967 г.). На протяжении 17 лет И.А. Полищук был главным психиатром МЗ УССР, на протяжении ряда лет работал в должности проректора по науке в институте, долгое время руководил философским семинаром по медико-биологическим проблемам для профессорско-преподавательского состава института.

Иосиф Адамович отличался несравненным трудолюбием, углубленно изучал все достижения мировой психиатрии и биологии, новейшие повороты в науке. Это и собственные идеи получали отражение в необыкновенной глубине его лекций курсантам, длившихся до 3,5 часа (такая же была по пресенильным психозам и в последней день его жизни), после которых «можно было идти заведовать кафедрами, а не только использовать во врачебной практике» (выражение одного из слушателей). И каждая его лекция не была повторением предыдущей, а вносила что-то новое, с использованием новейших знаний.

Нельзя не вспомнить 50–60-е годы, ознаменовавшиеся большими открытиями генетики в мировой науке, утверждением новых классов болезней — молекулярных и хромосомных. Генетическая тематика немедленно была включена в программу преподавания курсантам-психиатрам с тесным приложением к практике. И многие из старшего поколения помнят, как Иосиф Адамович неутомимо, осваивая сам, увлеченно учил врачей больницы на еженедельных конференциях самым сложным (непривычным для психиатров после мрачного периода запрета генетики в нашей стране) истинам молекулярной генетики, новым законам переноса информации, новым классам болезней, отношению их к психическим заболеваниям.

Не случайно диагностика и лечение даже такой распространенной энзимопатии, как фенилкетонурия, начаты в Украине не педиатрами или генетиками, а благодаря Иосифу Адамовичу. Говоря о распространенности этой болезни, за рубежом писали, что в СССР ее нет (не выявлялась. ). Он поручил срочно исправить такое позорное положение. Мною были выявлены первых 1200 больных в Украине — к сожалению, большинство уже глубоко слабоумные (но сотни спасены, получили образование благодаря своевременному диетическому лечению). Установлены частота, варианты клинических проявлений, углублено понимание патогенеза мозгового недоразвития на биохимическом уровне, изданы первые приказы МЗ УССР (еще до Московских) об обязательном обследовании всех новорожденных на предмет этой болезни и применении диетотерапии. По настоянию Иосифа Адамовича мною защищена докторская диссертация по этой теме, а вскоре после его преждевременной смерти издана общая книга «Клиническая генетика в психиатрии».

Научные интересы И.А. Полищука распространялись и на другие наследственные болезни, на проблемы возрастной психиатрии. По его инициативе был организован курс, а затем кафедра детской психоневрологии (вторая в Союзе), которую мне затем пришлось возглавить.

Петр Викторович Бирюкович (1908–1988), верный ученик, крупнейший клиницист, сосредоточил свои силы на тщательном изучении маниакально-депрессивного психоза и дальнейшей разработке вегето-соматической «триады» Протопопова. У него, может, больше, чем у других, надо и было чему учиться: тактичному сбору анамнеза, склонению к доверительности пациента и особой деликатности вместе с убежденностью психотерапевтической беседы, абсолютной бескорыстности. Ему была свойственна удивительная способность искреннего сочувствия горю другого человека. Поражала тщательность и тонкость оценки психической и сомато-вегетативной симптоматики. Проанализировано и показано даже диагностическое значение сновидений, дана оценка проведенным вместе с биохимиком С.П. Зелинским исследованиям изменений в обмене катехоламинов, серотонина, динамике гормональных сдвигов в работе щитовидной железы, гормонов надпочечников. В книгах «Эндокринные нарушения при эндогенных психозах» (1971 г.) и «Циркулярная депрессия» (1979 г.) представлен глубокий анализ этих изменений применительно к разным клиническим вариантам депрессивных состояний.

Сергей Павлович Зелинский (1906–1985) — биохимик-ученый с большой буквы, которого П.В. Протопопов пригласил из их довоенной лаборатории в Харькове для создания большой биохимической лаборатории в отделе патофизиологии. Сергей Павлович был душой всех проводимых глубоких исследований, очень принципиальным, знающим глубокую сущность научных проблем. С предельной точностью контролировал и анализировал также исследования, проводившиеся во время высокогорных поездок на Эльбрус, с учетом всех возможных психологических, климатических влияний. Это был контроль, исключающий принятие желаемого за действительное. С ним прежде всего решалась направленность планируемой научной работы, обсуждалось значение полученных результатов. Если у кого что-то не ладилось, шли в первую очередь к нему — за советом для уточнения, глубокого осознания.

Семен Давидович Расин (1909–2004). Постоянный участник работы «третьей клиники», доктор наук с 1955 г. по весьма оригинальной теме — «Клинико-экспериментальная оценка электросудорожной терапии». В дальнейшем основные его работы были посвящены проблемам эпилепсии, особенностям обмена веществ (в частности, брома) при эпилептической болезни и симптоматической эпилепсии, поискам путей ее патогенетической терапии. В те годы, когда еще отсутствовали разнообразные новые антиэпилептические средства, С.Д. Расин разрабатывал основные принципы комплексного лечения эпилепсии. Комплекс препаратов в виде смесей, получивших наименование «порошки Расина», введен в ряд отечественных фармацевтических справочников.

Энергичный, решительный, он был руководителем всех высокогорных экспедиций на Эльбрус, выполняемых по научному замыслу В.П. Протопопова и Сиротинина. Талантливо организовал весь медицинский обслуживающий коллектив, учил нас правильному поведению в жизни и тренировочных походах в условиях высокогорья для обеспечения незаметного присмотра за больными при сохранении тактичного поведения в особых открытых условиях пребывания (ибо свобода была одним из лечебных факторов). Вместе еженедельно писали письма-отчеты Протопопову в Киев, получали ответы, советы и уточнение заданий.

Татьяна Никитична Токмакова-Недбайлова (1922–1996) — прекрасный, умный врач-психиатр, образец для подражания, душа протопоповского коллектива — была моим ближайшим путеводителем в те первые годы в психиатрии. Вела клинические и патофизиологические исследования в тематике отдела. Предметом ее диссертации было глубокое биохимическое и гормональное исследование больных пресенильными психозами, сказавшее новое слово в науке об этой особо тяжелой форме психозов. Основная публикация в монографии «Эндокринологические нарушения при эндогенных психозах» (в соавторстве с С.П. Зелинским и П.В. Бирюковичем, 1971). Участница всех высокогорных экспедиций. Прекрасная мать, вырастившая и воспитавшая двух приемных детей.

Евгений Антонович Рушкевич (1906–2004) и Антон Ерофеевич Хильченко — доктора наук, обеспечивавшие высший уровень патофизиологических исследований большой тематики отдела, учили преподавателей и курсантов физиологическим методикам исследований высшей нервной деятельности, их оценке, создавали новые методики.

А.Е. Хильченко принадлежит разработка нового методического приема и создание аппарата исследования подвижности основных нервных процессов у больных и здоровых, который и в настоящее время широко используется для определения типа высшей нервной деятельности, проф­отбора.

Е.А. Рушкевич, продолжая начатую П.В. Протопоповым идею, разработал новые принципы физиологического исследования высшей нервной деятельности человека на очень высоком уровне обобщения и отвлечения. Благодаря этому расширено понимание положения И.П. Павлова о специально человеческих типах высшей нервной деятельности, представление о нарушениях второй сигнальной системы при разных формах и степенях выраженности, патологии психики.

Е.А. Рушкевич принял большое участие в создании «Атласа для экспериментального исследования отклонений в психической деятельности человека» (1968 и 1980 гг.), крайне необходимого в те годы, при практическом отсутствии подобных пособий. Кроме включения и описания ряда его методик, им представлены в атласе не только психологические, но и физиологические объяснения результатов исследований, чего не было и нет ни в одном подобном издании. Им был издан самостоятельно «Атлас для исследования высшей нервной деятельности человека при некоторых логических операциях» (1975 г.), а монография «Расстройства сложных форм высшей нервной деятельности у психически больных» (1966 г.) осталась непревзойденной не только по глубине осмысления предложенных им методик и их оценке при ряде психических заболеваний, но и по глубокому разрешению противоречивых взглядов известных авторов на суть психологических понятий и их физиологической сущности — извечного вопроса философии отношения объективного и субъективного.

Читайте также:  Супротивные почки

Поэтому не могу не назвать этих физиологов-психиатров своими учителями. В те годы становления патофизиологического направления в психиатрии такая тематика обязательно вводилась в преподавание как в лекционном курсе, так и в практическом овладении курсантами этими методиками. На субботних зачетных докладах ими историй болезни обязательным был и физиологический анализ полученных данных в лаборатории физиологии высшей нервной деятельности и связи с психопатологической симптоматикой больного. Обучившись этому и глубоко изучив основы павловской физиологии высшей нервной деятельности, а также «павловские среды» в психиатрии, уже будучи ассистентом, доцентом кафедры, на каждом цикле специализации и усовершенствования я читала весь курс павловской физиологии применительно к психиатрии.

Именно стремление к глубокому пониманию психических нарушений, физиологических, биохимических и генетических основ развития психики, их патологии, возможность оценить результаты использования этих знаний в лечении больных — это то, что удалось мне постичь и получить от учителей «третьей клиники». К сожалению, большинства из них уже нет.

Доминирующий в настоящее время симптоматический подход в психиатрии согласно международным классификациям, несмотря на множество новых конкурирующих психотропных препаратов, назначение их по подготовленным протоколам, не может обеспечить полноценное лечение и профилактику психических болезней при игнорировании понимания их сущности, без глубокого патофизиологического анализа.

«Протопопова триада» в книгах

Глава IX Причины назначения Протопопова.

Глава IX Причины назначения Протопопова. — Отношения к этому Государственной думы. — Помощники Протопопова. — Оппозиция. — Отношение Протопопова к царской семье. — Отношение к Распутину. — Служебные отношения и доклады. -Колебания и отношение к общественности. -Ликвидация

ТРИАДА

ТРИАДА Три девы пели про любовь: одна Огнем горела, губы рдели ало, Вся до корней волос льняных красна; Другая, мягче снега, расцветала Неброским гиацинтом у окна; А третья, от желанья почернев, Как треснувшая арфа, продолжала О сладкой боли горестный

III. Допрос А.Д. Протопопова 21 марта 1917 г.

III. Допрос А.Д. Протопопова 21 марта 1917 г. Содержание: Отношение к Государственной Думе. Поездка заграницу, деятельность около события конца февраля 1917 г. Обстоятельства назначения Протопопова министром внутренних дел. Первая встреча с государем в присутствии Алексеева.

Протопопова, О. П.

Протопопова, О. П. ПРОТОПОПОВА, Ольга Павл., жена Ал-дра Дм. П., ур. Носович, дочь дир. I кад. корп., сестра сен. Влад. П. Н. IV,

Показания А. Д. Протопопова.

Показания А. Д. Протопопова. I. Господину Председателю Верховной Следственной Комиссии.Дополнительное показание.[Сношения с Перреном (20 апреля).]1. Телеграмма моя Перрену была ответом на его депешу: «Получили ли вы мое письмо?» Я ответил, что письмо получил, благодарю.

XII. Допрос А. Д. Протопопова. 8 апреля 1917 г.

XX. Допрос А. Д. Протопопова. 14 апреля 1917 г.

XX. Допрос А. Д. Протопопова. 14 апреля 1917 г. Содержание: Прозвище Протопопова в Царском Селе — Калинин. Обычай дворца называть приближенных прозвищами. Прозвища давал Распутин. Отношения Протопопова с Распутиным. Объяснение Протопопова по поводу прошений, написанных им в

XXIV. Допрос А. Д. Протопопова. 21 апреля 1917 г.

XXIV. Допрос А. Д. Протопопова. 21 апреля 1917 г. Содержание: Сношения Протопопова с советом патриотического отечественного союза. Орлов. Отношение к монархическому началу. Отношение к государственной думе. Сношения с Вырубовой. Отношение к общественным организациям —

LIII. Допрос А. Д. Протопопова. 14 Июня 1917 года.

LIII. Допрос А. Д. Протопопова. 14 Июня 1917 года. Содержание: Дело Хвостова. Комиссаров. Рубинштейн. Манасевич-Мануйлов. Штюрмер. Московские выборы. Неврастения Протопопова. Удержанные Протопоповым документы. Портреты Распутина. Резолюция царя по поводу убийства Распутина.

LV. Допрос А. Д. Протопопова. 21 июня 1917 года.

Триада PBL

Триада PBL В ходе исследования мы проверили более 100 вариантов внедрения геймификации. Многие эти системы, если не сказать бо?льшая их часть, начинаются всегда с трех элементов: очки, бейджи и рейтинги. Как мы уже отмечали, Club Psych не стал исключением: PBL сделались настолько

ТРИАДА

ТРИАДА Хотя однозначно распознать в маленьком человеке будущего серийного убийцу невозможно, криминалисты выделяют три основных симптома у детей, на которые следует обращать внимание, считая их тревожными сигналами.1. Энурез (ночное недержание мочи). Им страдают многие

«Триада»

Триада

ПО ДЕЛУ ЗЕМСКОГО НАЧАЛЬНИКА ХАРЬКОВСКОГО УЕЗДА КАНДИДАТА ПРАВ ВАСИЛИЯ ПРОТОПОПОВА, ОБВИНЯЕМОГО В ПРЕСТУПЛЕНИЯХ ПО ДОЛЖНОСТИ *

ПО ДЕЛУ ЗЕМСКОГО НАЧАЛЬНИКА ХАРЬКОВСКОГО УЕЗДА КАНДИДАТА ПРАВ ВАСИЛИЯ ПРОТОПОПОВА, ОБВИНЯЕМОГО В ПРЕСТУПЛЕНИЯХ ПО ДОЛЖНОСТИ * Господа сенаторы! Кандидат прав и бывший земский начальник Харьковского уезда Протопопов жалуется на несправедливость приговора судебной

Депрессия – одно из наиболее распространенных расстройств, встречающихся как в психиатрической, так и в общесоматической практике ( 3-6% в популяции).

Основу депрессивного синдрома составляет депрессивная триада, включающая: а) болезненно пониженное настроение , б) идеаторные и в) психомоторные нарушения в виде общей заторможенности (хотя принципиально их характер зависит от характера пониженного настроения).

Болезненно пониженное настроение представляет собой структурно неоднородное образование.

Можно выделить 3 основных компонента эмоционального звена депрессивного синдрома: тоскливый , тревожный и апатический. Они находятся в динамической связи друг с другом, но, как правило, на определенном отрезке времени или в отдельных случаях преобладает один из них.

Довольно характерна суточная ритмика депрессивных расстройств. Тоска и апатия достигают обычно максимальной выраженности в утренние часы, тревога более вариабельна и нередко усугубляется к вечеру.

В общем виде идеаторные расстройства при депрессивном синдроме характеризуются известной фиксированностью переживаний на определенной тематике, сужением объема свободных ассоциаций и изменением их темпа (чаще замедление).В отдельных тяжелых случаях настолько затруднено осмысление ситуации, нарушены память и внимание, что состояние напоминает картину слабумия. В зависимости же от характера пониженного настроения имеются и некоторые особенности идеаторных расстройств.( см. ниже).

Психомоторные депрессивные расстройства в еще большей степени, чем идеаторные, связаны с доминирующим настроением, что особенно наглядно прослеживается в экспрессии. Общая поведенческая и волевая активность, чаще всего, имеет тенденцию к снижению(гипобулия).

Наряду с основными «триадными» признаками в структуру депрессивного синдрома входят психопатологические феномены тесно спаянные с собственно эмоциональными расстройствами.

Соматопсихические и соматовегетативные нарушения занимают одно из первых мест по частоте встречаемости в картине депрессии. По своим клиническим проявлениям они разнообразны, изменчивы и тесно связаны с ведущим гипотимным состоянием. Они могут выступать в виде первых признаков начинающейся депрессии или, при недостаточно выраженной гипотимии, играть роль, так называемых, соматических эквивалентов.Депрессивный синдром включает в себя разнообразные соматоневрологические расстройства, основным проявлением которых (особенно в остром периоде) является т.н. триада Протопопова : тахикардия, мидриаз, запоры, что по существу указывает на нарушение деятельности автономной нервной ситемы в виде симпатикотонии . Соматическими пролявлениями депрессии являются так же аменорея, похудание, диспепсии, алгии и пр.

Значительное место в структуре депрессии может занимать депрессивная деперсонализация, основным проявлением которой следует считать « болезненую психическую анестезию», переживаемую как « скорбное бесчувствие», « чувство утраты чувств», обеднение, ущербность эмоциональной жизни. Наиболее распространенными и , как правило, наиболее значимыми для больных, являются переживания утраты естественных чувств к близким. Отмечаются так же чувство утраты: эмоционального отношения к окружающему вообще с безразличием к работе, к деятельности, к развлечениям; способности радоваться (ангедония), откликаемости на печальные события, способности к состраданию и пр.Особо мучительны переживания угнетения «витальных эмоций»: чувства голода, жажды, насыщения и удовольствия при приеме пищи, полового удовлетворения, чувства телесного комфорта, «мышечной радости» и утомления при физической нагрузке , естественного отрицательного эмоционального тона болевых ощущений. Часто присутствуют переживания: утраты чувства сна, «обезличенности», «чувтсво отсутвия мыслей», «речь без мыслей», «отрешенности» в общении, « бездушности» и пр. Наибольшая представленность депересонализации такого рода присуща обычно депрессиям умеренной глубины, без выраженной заторможенности.

Одним из характерных признаков дпрессии являются идеи малоценности и самообвинения. В зависимости от тяжести и клинического варианта депрессии, они могут проявлятся в виде: а) психологически понятных переживаний заниженой самооценки и идей малоценности, которые могут быть не стойкими, изменчивыми, чаще зависят от ситуации, б) сверхценных идей , которые уже отличаются стойкостью, малой изменчивостью, потерей прямой связи с ситуацией, в) бредовых идей. По содержанию это могут быть идеи малоценности, самоуничижения, самообвинения, греховности, ипохондрии и пр.

Важное значение в диагностике депрессий могут иметь разнообразные нарушения сна,характер которых тесно связан с характером гипотимии. При тоске – укорочение сна, раннее пробуждение, ощущение неполного «бодрствования» в утренние часы. При тревоге – затруднено засыпание, бессоница, сочетается с частыми пробуждениями среди ночи. При апатии – повышенная сонливость, поверхностный ночной сон.

Читайте также:  Тошнота при щитовидке

Расстройства влеченийтак же характерное для депрессивного синдрома расстройство. Проявления зависят от ведущего аффекта. Так например при тоскливом и апатическом аффекте отмечается угнетение аппетита( часто в совокупности с отвращением к пище или отсутсвием вкусовых ощущений), полового влечения ( вплоть до полного угнетения). При тревожном же состянии, напротив, может иметь место усиление влечений.

Особо следует остановиться на суицидальных проявлениях при депрессии.

По последним сводкам ВОЗ суициды (самоубийства), как причина смерти, занимает одно из первых мест наряду с сердечно-сосудистыми заболеваниями, онкологическими болезнями и несчастными случаями при ДТП. Одной из частых причин совершения суицида являются депрессии ( до 15% депрессий завершаются суицидом).

Суицидальные тенденции при депрессии имеют разную степень оформленности, стойкости и интенсивности в зависимости от характера депрессии. Суицидальный риск выше в случаях депрессий легкой и средней степени выраженности, «открытых» для влияния средовых воздействий и личностных установок больных, в ранние предутренние часы, при начале и окончании депрессивной фазы. Преобладают мотивы, обусловленные реальными конфликтами, переживаниями собственной измененности, депрессивной деперсонализацией, ощущением душевной боли. В глубоких депрессиях суицидогенными являются бредовые идеи вины и ипохондрический мегаломанический бред ( синдром Котара). На высоте развития депрессивного состояния возможны импульсивные суициды. Суицидальные попытки чаще совершаются при тревожно-тоскливом аффекте, на начальных этапах развития депрессивных фаз, у больных с астеническими, сензитивными и истероидными чертами личности в преморбиде.

Депрссивные состояния могут проявлятся в различной степени – от легких( субдепрессия) до тяжелейших состояний в виде психоза. В зависимости же от сочетания и(или) доминирования в клинической картине разных компонентов самой «триады» и «не триадных» проявлений выделяют разнообразные клинические варинты депрессивного синдрома. Наиболее распространенны следующие варианты.

А)Меланхолическая( тоскливая, «классическая», эндогенная) депрессия включает в себя триаду в виде : а) болезненно пониженного настроения в виде тоски; б) замедленного темпа мышления; в) психомоторной заторможенности (вплоть до депрессивного ступора). Гнетущая, безысходная тоска переживается как душевная боль, сопровождающаяся тягостными физическими ощущениями в области сердца, эпигастрия («предсердечная тоска»). Настоящее, будущее и прошлое видятся мрачными, все утрачивает смысл, актуальность. Стремление к деятельности отсутствует. Моторные ( экспрессия) расстройства при тоскливой депрессии предстают в виде: грустного или даже застывшего взгляда, страдальческой мимики («маска горя»), понурой позы, застывшей позы (депрессивный ступор), опущенных рук и головы, взгляда, устремленного в пол.По своему внешнему виду эти больные выглядят сильно постаревшими ( для них характертно понижение тургора кожи, что делает кожу морщинистой). Могут наблюдаться суточные колебания состояния – вечером легче, чем утром. Характерны идеи (вплоть до бредовых) самоуничижения, виновности, греховности, ипохондрические. Могут возникать суицидные мысли и тенденции, которые свидетельствуют о крайней тяжести депрессии. Расстройства сна проявляются бессонницей, неглубоким сном с частыми пробуждениями в первой половине ночи, нарушением чувства сна. Меланхолическая депрессия включает в себя разнообразные соматоневрологические расстройства, основным проявлением которых (особенно в остром периоде) является т.н. триада Протопопова( см.выше). Так же могут встречаться: нарушение сердечного ритма, выраженное похудание( до 15-20 кг за короткий срок), алгии, у женщин — нарушение менструального цикла, часто аменорея. Выражено угнетение сферы влечения: отсутствие аппетита и(или) вкуса пищи, угнетение половой функции, понижение инстинкта самосохранения (суицидальные тенденции). Иногда ступор сменяется внезапно приступом возбуждения – взрыв тоски (меланхолический раптус). В этом состоянии больные могут биться головой о стенку, вырвать себе глаз, расцарапать лицо, выпрыгнуть в окно и т.п. Меланхолический синдром характерен для клинической картины маниакально-депрессивного психоза, аффективных приступов при шизофрении.

Б)Тревожная депрессия характеризуется депрессивной триадой, с переживанием тревоги и двигательным беспокойством, вплоть до двигательного возбуждения (ажитированная депрессия). Идеаторные расстройства при тревоге характеризуются: ускорением темпа мышления, с неустойчивостью внимания, постоянными сомнениями, прерывистой, иногда малоразборчивой речью ( вплоть до вербигераций), беспорядочными, хаотическими мыслями. Больные высказывают идеи самообвинения, каются в «неправильных» поступках прошлого, мечутся, стонут. Переживания, в большей степени, ориентированы на будущее, которое представляется ужасным, опасным, тягостным. При тревожной депрессии взгляд беспокойный, бегающий, с оттенком напряженности,мимика изменчива, напряженная сидячая поза, с покачиванием, теребением пальцев рук, при выраженной тревоге- неусидчивость. На высоте тревожных и ажитированных депрессий особенно высок риск совершения суицидных попыток. Ажитированная и тревожная депрессии не имеют нозологической специфичности, но следует отметить, что у больных пожилого возраста они встречаются чаще.

В)При апатической депрессиина первый план выступают отсутсвие или снижение уровня побуждений, интереса к окружающему ( в тяжелых случаях к жизни вообще), эмоционального реагирования на происходящие события, безразличие, снижение жизненного тонуса или анергия ( анергическая депрессия), недостаточность волевых импульсов с невозможностью преодолеть себя, сделать усилие над собой, принять определенное решение(абулический вариант). У таких больных в состоянии доминирует психическая инертность, « душевная слабость», «жизнь по инерции».Идеаторные расстройства при апатическом характеризуются: обеднением ассоциаций, снижением их яркости и чувтсвенной окраски, нарушением способности фиксации и произвольной направленности внимания и мышления.Идеи малоценности или вины наблюдаются не часто, доминирует чувство жалости к себе и зависти к окружающим. Экспрессия при апатиической депресии: взгляд равнодушный, спокойный, малоподвижный. сонливый, замедлена игра лицевых мышц, мимика скуки, равнодушия, безразличия, движения вялые, расслабленные, замедленные Сомато-вегетативные симптомы выражены слабо. Суицидальные тенденции редки. У некоторых из этих больных отмечается еще и психомоторная заторможенность с замедлением движений, речевой продукции, они перестают следить за собой, залеживаются в постели, иногда полная обездвиженность(ступор). Такие депрессии обозначают какадинамическая ( заторможенная) депрессия.

Г)Астено-депрессивный синдром – характеризуется неглубоко выраженными симптомами депрессивной триады и выраженными астеническими расстройствами в виде повышенной утомляемости и истощаемости, раздражительной слабости, гиперестезии. Астено-депрессивные синдромы встречаются при очень широком круге заболеваний непсихотического уровня.

Д)При депрессивно-ипохондрическом синдроме триада депрессивных симптомов выражена не ярко, больше представлены соматические симптомы депрессии.Кроме того больные высказывают убеждения в том, что они страдают тяжелым, неизлечимым соматическим заболеванием, в связи с чем активно посещают и обследуются в медицинских учреждениях. Депрессивно-ипохондрические синдромы встречаются при широком круге заболеваний.

Е)Депрессивно-параноидный синдром – депрессивные симптомы могут иметь разную степень выраженности, вплоть до глубокой заторможенности, но при этом больные переживают тревогу, формулируют бредовые идеи преследования, отравления, которые имеют склонность к систематизации. Этот синдром не обладает нозологической специфичностью.

Ж)Синдром Котара (меланхолическая парафрения) – это сложный депрессивный синдром, включающий депрессивные переживания и ипохондрические идеи, имеющие характер громадности и отрицания. Больные считают себя великими грешниками, им нет оправдания на Земле, из-за них страдает все человечество и т.п. При нигилистическом бреде Котара больные высказывают ипохондрический бред- у них гниют все внутренности, кости, от них ничего не осталось, они заражены «страшной» болезнью и могут заразить весь мир и пр. Синдром Котара встречается редко, преимущественно, в клинике шизофрении, инволюционной меланхолии.

З)Депрессивно-деперсонализационный синдром («скорбное бесчувствие») – вариант депрессивоного синдрома , в клинической картине которого, ведущее место занимает депрессивная деперсонализация ( см.выше).

К) Основное место в картине т.н. атипичных ( «маскированных», «ларвированных», «вегетативных», «соматизированных», скрытых ) депрессий занимают соматопсихические , соматовегетативные нарушения или же другие психопатологические «маски». При этих вариантах депрессий собственно пониженное настроение присутствует в стертом виде или вовсе остутсвует ( тогда говорят о « депресси без депрессии»). Наибольшее значение имеют проявления в виде соматических «масок».Эти состояния чаще всего наблюдаются в амбулаторной практике врачей других специальностей с предъявлением только соматических жалоб ( до 60-80 % депрессивных больных не попадают из-за этого в поле зрения психиатров). По данным разных авторов, такие депрессии составляют около 10-30% всех хронических больных общемедицинской практики.О принадлежности этих состояний к депрессиям можно судить по: а) фазности течения, созонным, весенне-осенним возобновлением б) суточным колебаниям симптоматики, в) наследственной отягощенности аффективными расстройствами, г) наличию аффективных ( маниакальных и депрессивных) фаз в анамнезе, д) отсутствию органических причин страдания, подтвержденных объективным обследованием («негативная» диагностика), е) многолетнее наблюдение у врачей другой специальности с отсутсвие терапевтического эффекта от длительного лечения соматотропными препаратами и ж) положительному терапевтическому эффекту от применения антидепрессантов.Чаще встречаются в практике депрессии с расстройствами сердечно-сосудистой и дыхательной систем, часто квалифицируемые терапевтами, например как ВСД или НЦД. Реже встречаются «маски» желудочно-кишечной патологии в виде разнообразных диспептичесаких прявлений и болей в области живота.Так же в рамках таких депрессий описываются: периодическая бессонница, люмбаго, зубная боль, иктурия, сексуальные дисфункции, алопеция, экземы и др.

В зависимости от преобладания тех или иных проявлений выделяют следующие варианты маскированных депрессий: алгически-сенестопатический, абдоминальный, кардиалгический, цефалгический, паналгический, агрипнический(стойкая бессонница) , диэнцефальный (вегето-висцеральный, вазомоторно-аллергический, псевдоасматический), наркоманический.

В случае же отсуствия выраженного гипотимного компонента и при наличии идеаторной и психомоторной заторможенности употребляют понятие оскрытой депрессии.

Дата добавления: 2015-10-02 ; просмотров: 1240 . Нарушение авторских прав

Ссылка на основную публикацию
Три стадии родов
ул. Тверская, 68/2 пн.-пт.: 8:00 - 20:00 сб.: 8:00 - 14:00 вс.: выходной (3822) 43-22-03 с 8:00 - 16:00 в...
Три основные причины болезней цивилизации
Помимо традиционной классификации известных заболеваний, в последнее время ученые стали определять болезни, которые связаны напрямую с нашим образом жизни. Другими...
Три препарата от температуры
Согласно медицинской терминологии, лихорадка является управляемым подъемом температуры выше нормального уровня. Попробуем разобрать это определение по частям. Скелеты «температуры» Температура...
Три таблетки антибиотик от простуды как называется
Содержание: Когда антибиотики помогают при ОРВИ? Названия эффективных препаратов по 3 таблетки Заключение Интересное видео Антибактериальные препараты, которые выпускаются в...
Adblock detector